18+
На полях Всероссийского зернового форума — 2026 глава Национальной товарной биржи Кирилл Попов рассказал РБК о внедрении биржевых механизмов в торговлю реальным товаром. Руководитель площадки оценил темпы притока участников торгов, регуляторные стандарты надежности и инфраструктурный эффект от интеграции биржи с государственными информационными системами.
Сегодня всё больше внимания уделяется биржевым механизмам зерновой торговли как инструменту прозрачного ценообразования и снижения рисков. Насколько это уже работает на практике? Торговля реальным товаром имеет свою специфику. В чем тогда ключевое отличие Национальной товарной биржи по экономическому эффекту для участника?
Действительно, в торговле наличным товаром с поставкой есть своя специфика, и в мире существует не так много подобного опыта. Стандартизация используемых инструментов, сведение продавцов и покупателей (то есть создание рынка друг для друга), унификация договоров, а также технологическое обслуживание торгов и их итогов — всё вместе это дает определенный экономический эффект. Это влияет на цену непосредственно в момент проведения торгов: ценообразование становится конкурентным, и за счет большого количества участников здесь можно найти для себя очевидную выгоду. Кроме того, благодаря стандартизации, унификации и тем инструментам и сервисам, которые мы предоставляем, обеспечивается экономия на операционной деятельности: в конце концов, компании могут сэкономить на сотрудниках, которым больше не нужно вручную работать с бумагами.
А чем это отличается от других электронных площадок или других бирж?
Прежде всего, мы имеем лицензию Банка России. Это означает, что мы функционируем в рамках жестких регуляторных требований и закона, определяющего работу бирж. К нам предъявляется большое количество требований в области информационной безопасности, хранения и защиты данных; абсолютно все действия наших клиентов логируются. Участники защищены и с операционной точки зрения: мы гарантируем доступность сервиса в течение более чем 99% времени, когда обязаны его предоставлять, что также является нашим регуляторным требованием.
Мы гарантируем надежность хранения информации, которую клиенты предоставляют о себе, а стандарты торговли строго устанавливаются Банком России. Наличие лицензии отличает нас от других электронных площадок. Из-за этого мы не всегда можем быть столь же быстрыми, как альтернативные ИТ-решения, которые не являются лицензированными, но, по крайней мере, мы гарантируем надежность хранения данных участников и то, что торги пройдут и завершатся правильно.
А почему сегодня биржевой торговле зерном уделяется так много внимания?
Мне кажется, это достаточно большой и важный рынок. Сельскохозяйственная, аграрная продукция очень серьезным образом растет как в части внутреннего потребления, так и в объемах экспорта. Существует высокая потребность в том, чтобы сделать этот рынок более эффективным, прозрачным и быстрым, а также обеспечить справедливое ценообразование. Запрос на это есть как со стороны самих участников рынка, так и со стороны государства, и мы стараемся сбалансированно обеспечить интересы всех сторон.
Если говорить про рост, какой объем сейчас реально занимает биржевая торговля зерном?
На данный момент этот объем пока очень небольшой, и я бы не стал говорить о том, что он является существенным: он составляет менее 1% от общего объема экспорта. Однако в последние годы в любом случае наблюдается динамика. С учетом того, что интерес со стороны государства за последний год возрос весьма существенно, мы предполагаем, что должны достичь планки в 5–10% от экспорта в ближайшей перспективе 2026–2027 годов. Это было бы правильно и нормально с точки зрения ценообразования.
А по цифрам за последний год — по объему, по числу участников — насколько выросло?
Все показатели растут — и по объемам, и по числу участников. Что касается участников, ситуация меняется достаточно существенно: скорость их притока в этом году примерно на 40% выше по сравнению с прошлым годом. В абсолютных значениях это уже более 2000 участников. В последнее время мы добавляем по 40–50 новых участников в неделю, поэтому правильнее будет посмотреть полноценный срез еще к концу года, но текущая динамика очевидно позитивная.
Насколько такие инструменты, как приоритизация логистики, интеграция с госструктурами, реально влияют на поведение участников?
Это точно оказывает влияние. Во-первых, это позволяет нам быстрее добавлять новых участников и ускорять прохождение ими процедуры допуска к торгам. Данный процесс имеет свои регуляторные особенности, мы не можем пускать всех подряд без разбора. На этапе допуска мы обязаны проверить не только сам факт существования организации и то, что она живая, но и удостовериться в наличии легитимных полномочий у того лица, которое проходит регистрацию. Мы должны подтвердить для наших клиентов работоспособность этой компании, и интеграция с государственными системами нам в этом очень помогает.
То же самое можно сказать про приоритизацию перевозок. Здесь мы выстроили многостороннее сотрудничество и с РЖД, и с Минсельхозом, обеспечив обмен информацией с государственными системами. Это не самая простая процедура, но она позволяет в оцифрованном виде быстрее предоставлять информацию в необходимые ведомства, оперативно подтверждать, что сделки являются биржевыми, и быстрее получать приоритизацию перевозок. Это эффективный способ использования государственных информационных систем, и, мне кажется, мы еще даже не до конца осознали и придумали всевозможные варианты таких интеграций для повышения эффективности торгов.
Можно ли сказать, что биржа начинает давать не только ценовой, но и инфраструктурный эффект?
Да, очевидно, это уже выражается в формировании определенной экосистемы с участием других игроков. Сюда подключаются дополнительные банковские продукты и фьючерсные торги, которые проводятся у нас с участием центрального контрагента. Биржа формирует площадку, на которой можно осуществлять сделки, где формируются цены и собирается внебиржевая информация.
Весь этот массив информации в итоге позволяет получить детальный портрет клиента. Данный портрет — это ценные сведения, которые могут использоваться в дальнейшем банками для финансирования предприятий. Действительно, на сельскохозяйственном рынке биржа становится или, по крайней мере, может стать центральной точкой для понимания того, кем является конкретный агропроизводитель, и вокруг этого сейчас активно появляется дополнительная инфраструктура.
На полях Всероссийского зернового форума — 2026 глава Национальной товарной биржи Кирилл Попов рассказал РБК о внедрении биржевых механизмов в торговлю реальным товаром. Руководитель площадки оценил темпы притока участников торгов, регуляторные стандарты надежности и инфраструктурный эффект от интеграции биржи с государственными информационными системами.
Сегодня всё больше внимания уделяется биржевым механизмам зерновой торговли как инструменту прозрачного ценообразования и снижения рисков. Насколько это уже работает на практике? Торговля реальным товаром имеет свою специфику. В чем тогда ключевое отличие Национальной товарной биржи по экономическому эффекту для участника?
Действительно, в торговле наличным товаром с поставкой есть своя специфика, и в мире существует не так много подобного опыта. Стандартизация используемых инструментов, сведение продавцов и покупателей (то есть создание рынка друг для друга), унификация договоров, а также технологическое обслуживание торгов и их итогов — всё вместе это дает определенный экономический эффект. Это влияет на цену непосредственно в момент проведения торгов: ценообразование становится конкурентным, и за счет большого количества участников здесь можно найти для себя очевидную выгоду. Кроме того, благодаря стандартизации, унификации и тем инструментам и сервисам, которые мы предоставляем, обеспечивается экономия на операционной деятельности: в конце концов, компании могут сэкономить на сотрудниках, которым больше не нужно вручную работать с бумагами.
А чем это отличается от других электронных площадок или других бирж?
Прежде всего, мы имеем лицензию Банка России. Это означает, что мы функционируем в рамках жестких регуляторных требований и закона, определяющего работу бирж. К нам предъявляется большое количество требований в области информационной безопасности, хранения и защиты данных; абсолютно все действия наших клиентов логируются. Участники защищены и с операционной точки зрения: мы гарантируем доступность сервиса в течение более чем 99% времени, когда обязаны его предоставлять, что также является нашим регуляторным требованием.
Мы гарантируем надежность хранения информации, которую клиенты предоставляют о себе, а стандарты торговли строго устанавливаются Банком России. Наличие лицензии отличает нас от других электронных площадок. Из-за этого мы не всегда можем быть столь же быстрыми, как альтернативные ИТ-решения, которые не являются лицензированными, но, по крайней мере, мы гарантируем надежность хранения данных участников и то, что торги пройдут и завершатся правильно.
А почему сегодня биржевой торговле зерном уделяется так много внимания?
Мне кажется, это достаточно большой и важный рынок. Сельскохозяйственная, аграрная продукция очень серьезным образом растет как в части внутреннего потребления, так и в объемах экспорта. Существует высокая потребность в том, чтобы сделать этот рынок более эффективным, прозрачным и быстрым, а также обеспечить справедливое ценообразование. Запрос на это есть как со стороны самих участников рынка, так и со стороны государства, и мы стараемся сбалансированно обеспечить интересы всех сторон.
Если говорить про рост, какой объем сейчас реально занимает биржевая торговля зерном?
На данный момент этот объем пока очень небольшой, и я бы не стал говорить о том, что он является существенным: он составляет менее 1% от общего объема экспорта. Однако в последние годы в любом случае наблюдается динамика. С учетом того, что интерес со стороны государства за последний год возрос весьма существенно, мы предполагаем, что должны достичь планки в 5–10% от экспорта в ближайшей перспективе 2026–2027 годов. Это было бы правильно и нормально с точки зрения ценообразования.
А по цифрам за последний год — по объему, по числу участников — насколько выросло?
Все показатели растут — и по объемам, и по числу участников. Что касается участников, ситуация меняется достаточно существенно: скорость их притока в этом году примерно на 40% выше по сравнению с прошлым годом. В абсолютных значениях это уже более 2000 участников. В последнее время мы добавляем по 40–50 новых участников в неделю, поэтому правильнее будет посмотреть полноценный срез еще к концу года, но текущая динамика очевидно позитивная.
Насколько такие инструменты, как приоритизация логистики, интеграция с госструктурами, реально влияют на поведение участников?
Это точно оказывает влияние. Во-первых, это позволяет нам быстрее добавлять новых участников и ускорять прохождение ими процедуры допуска к торгам. Данный процесс имеет свои регуляторные особенности, мы не можем пускать всех подряд без разбора. На этапе допуска мы обязаны проверить не только сам факт существования организации и то, что она живая, но и удостовериться в наличии легитимных полномочий у того лица, которое проходит регистрацию. Мы должны подтвердить для наших клиентов работоспособность этой компании, и интеграция с государственными системами нам в этом очень помогает.
То же самое можно сказать про приоритизацию перевозок. Здесь мы выстроили многостороннее сотрудничество и с РЖД, и с Минсельхозом, обеспечив обмен информацией с государственными системами. Это не самая простая процедура, но она позволяет в оцифрованном виде быстрее предоставлять информацию в необходимые ведомства, оперативно подтверждать, что сделки являются биржевыми, и быстрее получать приоритизацию перевозок. Это эффективный способ использования государственных информационных систем, и, мне кажется, мы еще даже не до конца осознали и придумали всевозможные варианты таких интеграций для повышения эффективности торгов.
Можно ли сказать, что биржа начинает давать не только ценовой, но и инфраструктурный эффект?
Да, очевидно, это уже выражается в формировании определенной экосистемы с участием других игроков. Сюда подключаются дополнительные банковские продукты и фьючерсные торги, которые проводятся у нас с участием центрального контрагента. Биржа формирует площадку, на которой можно осуществлять сделки, где формируются цены и собирается внебиржевая информация.
Весь этот массив информации в итоге позволяет получить детальный портрет клиента. Данный портрет — это ценные сведения, которые могут использоваться в дальнейшем банками для финансирования предприятий. Действительно, на сельскохозяйственном рынке биржа становится или, по крайней мере, может стать центральной точкой для понимания того, кем является конкретный агропроизводитель, и вокруг этого сейчас активно появляется дополнительная инфраструктура.